Нажмите "Enter", чтобы перейти к контенту

Коронавирус обрушил рубль

Эпидемия опустила фондовые индексы до экстремально низких значений

Доллар за 67 рублей, евро почти за 74, нефть за $50. Еще несколько дней назад эти показатели, зафиксированные в пятницу, 28 февраля, днем, казались немыслимыми. Но эпидемия творит собственную историю, словно издеваясь над умными головами с их авторитетными наблюдениями и прогнозами. Как говорится, хочешь рассмешить коронавирус, расскажи ему о своих планах. Сам же он продолжает свою тихую экспансию, перекидываясь уже не столько от человека к человеку внутри Китая, сколько от страны к стране и от рынка к рынку.

Коронавирус обрушил рубль

фото: AP

Можно долго перечислять те американские и европейские биржи, чьи индексы постиг одновременно рекордный обвал. Можно констатировать, что торги на российском фондовом рынке закрылись крупнейшим падением с апреля 2018 года: индексы обвалились на 3,5–5,2%. Все это лишь внешние признаки мощного недуга, который неизвестно когда будет преодолен и неизвестно чем обернется.

«Мы наблюдаем панику на биржах из-за бессилия перед эпидемией, — говорит старший аналитик «БКС Премьер» Сергей Суверов. — Рынки, пребывая в экстремальном стрессе, ждут новых стимулирующих мер со стороны властей, но совсем не очевидно, что последние потушат финансовый пожар. Коронавирус усиливает риски глобальной рецессии, а на российский рынок помимо этого фактора давит геополитический фон. В частности, обострение ситуации в Сирии и угроза новых санкций. Сценарий роста доллара до 70 рублей вполне реален».

Непредсказуемость — вот что плохо, рассуждает финансовый аналитик FxPro Александр Купцикевич. По его словам, обвал долларового индекса RTS (основной индикатор фондового рынка России) более чем на 7% сложно назвать переоценкой перспектив, скорее речь идет о панической распродаже. Таких в недавнем прошлом было несколько, и все они провоцировались страхами перед санкциями Запада. Но, поскольку сейчас мы видим распродажу на всех мировых торговых площадках, напрашиваются аналогии с кризисным 2008 годом. Тогда RTS нащупал дно, лишь потеряв 80% относительно своих пиковых значений. Курсы американской и европейской валют к рублю подскочили на 50% от минимумов лета. В случае дальнейшего падения такими же темпами доллар до конца 2020 года взлетит до 90 рублей, евро — до 100 рублей.

«Конечно, это прогноз экстремальный и маловероятный. Монетарные власти многих стран уделяют динамике рынков повышенное внимание, и наверняка проблему будут «заливать» денежной массой, как и раньше. Это дает шанс на отскок на рынках, и вполне вероятно, что евро может буксовать вблизи 75 рублей, а доллар — выше 68. Если и эти отметки будут пройдены, то стабилизация российской валюты представляется вероятной лишь вблизи 77–80 за евро и 70 за доллар», — утверждает Купцикевич.

Не все аналитики, впрочем, настроены панически. Никакой трагедии в происходящем нет, считает руководитель ИАЦ «Альпари» Александр Разуваев. По его оценке, начавшийся обвал на фондовых рынках сыграет в итоге не разрушительную, а корректирующую роль. То есть под «благовидным» форс-мажорным предлогом он уменьшит размеры гиперинфляционного пузыря, сформировавшегося в мире на сегодняшний день, до относительно безопасного уровня. Что касается ожидаемых потерь для глобального ВВП в 2020 году в $1,1 трлн (1,3%), то ничего критичного Разуваев в этих цифрах не видит. Если же говорить о нефти, то марка Brent может даже рвануть до $60–80 за баррель — если вирус распространится в добывающих странах и пострадают цепочки поставок. Ожидаемый на этом фоне резкий скачок цен на золото и другие защитные активы будет на руку России.

Перекапитализация рынков достигла сегодня критической черты, согласна коллега Разуваева, старший аналитик Анна Бодрова. Все стало стоить слишком дорого: активы, нефть, индексы. В условиях слаборастущих экономик так больше продолжаться не могло. Достаточно было одной искры — в данном случае темы коронавируса, — чтобы все вспыхнуло. Российскому рынку акций есть куда снижаться, потенциал продаж тут еще 2–5% точно, успокаивает Бодрова. А Сергей Жаворонков, старший научный сотрудник Института экономической политики им. Гайдара, вспоминает историю с лихорадкой Эбола 2014–2015 годов: смертность тогда была не 2%, как у коронавируса, а выше 50%, однако к спаду мировой экономики это не привело.

Эпидемия коронавируса. Хроника событий

Источник: mk.ru

Будьте первым, кто оставит комментарий!

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован.

    19 + 20 =